По данным Relocation, украинским семьям, которые живут в странах ЕС, важно учитывать местные правила защиты прав ребенка: социальные службы могут начать проверку условий проживания, если получают сигналы о возможной угрозе для ребенка, а в серьезных случаях — временно изъять ребенка из семьи до выяснения обстоятельств или решения суда.
Как пишут украинские медиа со ссылкой на материалы для семей за рубежом, вмешательство соцслужб не происходит автоматически из-за одного бытового конфликта, синяка после падения или опоздания в школу. Однако повторяющиеся сигналы, жалобы из школы, обращения соседей, врачей или полиции могут стать основанием для проверки семьи.
В разных странах такие службы имеют разные названия: Jugendamt в Германии, Aide Sociale à l’Enfance во Франции, службы защиты детей в Польше, Чехии, Италии, Нидерландах и других странах. Их общая логика похожа: государство обязано вмешиваться, если считает, что ребенок может находиться в опасности или его интересы нарушаются.
Причинами проверки могут стать подозрения на физическое или психологическое насилие, систематическое пренебрежение потребностями ребенка, отсутствие медицинской помощи, оставление малолетнего ребенка без присмотра, ненадлежащие жилищные условия, прогулы школы, агрессивное поведение ребенка, конфликты в семье или невыполнение родителями обязанностей.
Для украинских семей отдельным риском остается различие правовых систем. То, что в Украине могло восприниматься как бытовой конфликт или “метод воспитания”, в странах ЕС может рассматриваться как недопустимое поведение. Физические наказания, крики, угрозы, оставление детей одних дома или отсутствие контакта со школой могут привести к вмешательству социальных служб.
По данным ежегодного доклада Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека за 2023 год, на 31 декабря 2023 года компетентные органы стран пребывания изъяли у родителей или законных представителей 255 украинских детей за рубежом. Из них 64 были детьми-сиротами или детьми, лишенными родительской опеки, а 191 — родительскими детьми.
Больше всего таких случаев было зафиксировано в Германии — 71 ребенок, Польше — 33, Италии — 25, Чехии — 24 и Швеции — 17. Также случаи фиксировались в Нидерландах, Франции, Норвегии, Дании, Испании, Швейцарии, Финляндии, Австрии, Литве, Люксембурге, Греции, Португалии, Словакии и других странах.
Среди наиболее распространенных причин изъятия украинских детей за рубежом украинский омбудсмен называл невизнание местными органами украинских документов опекунов и приемных родителей, ненадлежащее выполнение родительских обязанностей, низкий уровень материально-бытового обеспечения, школьные прогулы, агрессивное поведение детей, а также последствия психологической травматизации родителей и детей из-за войны.
Европейская статистика показывает, что вмешательство соцслужб — массовая и системная практика, но формы учета в разных странах отличаются. В Германии в 2024 году органы по делам молодежи временно взяли под защиту около 69,5 тыс. детей и подростков. При этом 44% таких мер были связаны с прибытием несовершеннолетних без сопровождения из-за рубежа, 42% — с непосредственной угрозой благополучию ребенка, 13% — с самостоятельным обращением детей за помощью.
В Польше на конец 2024 года в системе приемного воспитания находились 77,3 тыс. детей, из них 59,8 тыс. — в семейных формах ухода, 17,5 тыс. — в институциональной системе. В Италии на конец 2023 года 42 тыс. детей находились в альтернативном уходе: 15,992 тыс. — в foster care, 26,01 тыс. — в residential care. В Швеции, по данным Socialstyrelsen, в 2020 году 3,486 детей были размещены в принудительном уходе по закону LVU.
Эти цифры нельзя напрямую сравнивать между собой как “изъятых детей”, потому что страны используют разные категории: временное изъятие, приемная семья, институциональный уход, срочная защита, добровольное размещение, принудительное размещение, уход за несовершеннолетними без сопровождения. Тем не менее они показывают масштаб работы европейских систем защиты детей.
Отдельной общеевропейской статистики о том, сколько детей изымают именно у семей “по происхождению” родителей, в открытом сопоставимом виде нет. Некоторые страны публикуют данные по гражданству, миграционному статусу, этничности или детям без сопровождения, но эти показатели различаются по методологии и часто не позволяют отделить семейные случаи от миграционных и опекунских.
Для украинцев наиболее конкретная открытая статистика — данные офиса омбудсмена Украины по 255 детям, изъятым за рубежом на конец 2023 года. Более свежие сопоставимые данные по всем странам ЕС в открытом доступе пока ограничены.
Юристы и правозащитники советуют украинским родителям за рубежом внимательно изучать правила страны проживания, не игнорировать обращения школы, врачей и соцслужб, сохранять документы о законном представительстве ребенка, иметь переводы решений об опеке или усыновлении, своевременно обращаться в консульство Украины и не пытаться самостоятельно “решать” конфликт с органами защиты детей без юридической помощи.
Если соцслужбы начинают проверку, важно сотрудничать, давать объяснения, предоставлять документы, привлекать переводчика и фиксировать все коммуникации письменно. В большинстве стран цель первичного вмешательства — не автоматическое изъятие ребенка, а оценка рисков и поиск решения, которое будет считаться безопасным для ребенка.
ES, БЕЗОПАСНОСТЬ, ДЕТИ, СЕМЯ, угроза
Массовое применение беспилотных систем в войне России против Украины означает не просто технологическую эволюцию, а глубокое изменение логики ведения боевых действий, к которому большинство европейских стран пока не готовы, заявили участники панели «The Russia–Ukraine Drone War: Innovation on the Front Line and Beyond. What Can We Learn for Our Own Defense?» на форуме по восстановлению Украины в Бухаресте.
Панель VIa модерировал операционный директор New Generation Warfare Centre (США) Грег Мелчер. В дискуссии приняли участие эксперт по разработке БПЛА для военных применений Андрей Сирко-Галущенко, международный директор направления летательных аппаратов с вертикальным взлетом и посадкой Boeing Терри Джемисон, директор по публичным коммуникациям GTX Мустафа Найем, бывший премьер-министр Румынии, генерал в отставке Николае Чуке и заместитель начальника Генштаба по операциям и подготовке, генерал-лейтенант Юлиан Бердила.
По словам докладчиков, то, что до недавнего времени воспринималось как «отдаленный технологический горизонт», уже стало повседневной операционной реальностью. Развитие беспилотных систем, открытых архитектур и быстрая интеграция новых возможностей свидетельствуют о том, что «будущее войны» наступило значительно раньше, чем ожидали многие западные игроки. Боевой опыт Украины показал, что ускоренные циклы инноваций приводят к структурной трансформации планирования воздушных, наземных и межвидовых операций.
Участники подчеркнули, что комбинированное применение пилотируемых и беспилотных платформ, а также немедленная техническая взаимосовместимость между ними становятся базовым требованием адаптации современных вооруженных сил. Дроны уже системно используются для разведки, высокоточного поражения, логистики, минирования и разминирования, корректировки артиллерийского огня и поддержки специальных операций. Массированные скоординированные атаки на критическую инфраструктуру продемонстрировали ограниченность чисто реактивной обороны и актуализировали необходимость нейтрализации угроз «у источника».
Параллельно стремительно развиваются системы противодействия беспилотникам, которые сочетают имеющиеся средства наблюдения и радиоэлектронной борьбы с новыми решениями для противодействия большому количеству малоразмерных низковысотных целей. «Это уже не эпизодический инструмент, а полноценный слой современного поля боя, который требует отдельной доктрины, сил и средств», – отметил Бердила.
Отдельный акцент в дискуссии был сделан на уязвимости Европы к гибридным формам агрессии. По мнению экспертов, традиционные оценки угроз не соответствуют реалиям, в которых противник действует преимущественно асимметричными, распыленными и сложными для атрибуции методами. Инциденты с появлением неизвестных дронов вблизи критической инфраструктуры в разных странах Европы, по их словам, обнажают разрыв между восприятием общества, уровнем подготовленности институтов и фактическим характером рисков.
По итогам обсуждения участники пришли к выводу, что «дроновая» война является не только вопросом техники, но и вызовом для институциональной способности и оборонного планирования. Адаптация к новой операционной среде требует гибких институтов, коротких циклов инноваций, скоординированных инвестиций и доктрины, способной быстро интегрировать уроки украинского опыта. Современная война, подчеркнули они, превратилась в пространство, где скорость адаптации, интеграция систем и одновременная готовность к наступательным и оборонительным действиям являются ключевыми элементами стратегической устойчивости.
Форум «Rebuilding Ukraine: Security, Opportunities, Investments» проходит 11–12 декабря в Бухаресте под эгидой МИД Румынии и МИД Украины и организован New Strategy Center. По данным организаторов, в течение двух дней запланировано более 30 панельных дискуссий и параллельных сессий с участием представителей правительств, международных организаций, частного сектора, финансовых институтов и экспертов из Европы, Северной Америки и Азии. Тематика панелей охватывает вопросы безопасности и обороны, инфраструктуры, финансирования и инвестиций, «зеленой» энергетики, цифровизации, человеческого капитала и трансграничного сотрудничества.
Пекин призывает Вашингтон придерживаться достигнутых консенсусов и считает ошибочными действиями угрозы президента США Дональда Трампа новыми пошлинами, сообщили в Минкоммерции КНР.
«Китай призывает США незамедлительно пересмотреть свои ошибочные действия, придерживаться важных консенсусов, достигнутых в ходе телефонных разговоров между двумя главами государств, защищать трудно давшиеся результаты консультаций, продолжать использовать механизм китайско-американских торгово-экономических консультаций», — говорится в опубликованном на сайте министерства заявлении.
В Пекине отметили, что выступают за решение разногласий посредством диалога, а если в Вашингтоне будут настаивать «на неверном пути», то Китай примет меры для защиты своих законных прав и интересов.
«Умышленные угрозы высокими пошлинами — неверный способ наладить отношения с Китаем», — подчеркнули в Минкоммерции. В ведомстве отметили, что заявления США о возможных новых пошлинах являются примером применения двойных стандартов.
В ночь на субботу Трамп заявил, что намерен с 1 ноября, «а может быть еще раньше», ввести дополнительные пошлины в 100% на импортируемые из Китая товары.
«Начиная с 1 ноября, а может быть, еще раньше, в зависимости от действий Китая, США введут пошлины в 100% в дополнение к уже существующим пошлинам. Кроме того, с 1 ноября мы установим меры по экспортному контролю в отношении любого жизненно важного программного обеспечения», — написал он в соцсети Truth Social.
Трамп пояснил, что принял такое решение в связи с тем, что Китай «заявил, что с 1 ноября введет серьезные меры по экспортному контролю в отношении почти всей производимой в КНР продукции». «Это коснется всех стран и явно является планом, на подготовку которого у Китая ушли годы», — считает президент США.
Серьезную угрозу для компаний по производству продуктов питания и напитков представляют перебои в работе бизнеса, следует из «Глобального прогноза рисков в сфере продуктов питания и напитков на 2024 год», подготовленного глобальной консалтинговой и брокерской компанией WTW.
Согласно информации, размещенной на ее сайте, почти половина (48%) компаний, производящих продукты питания и напитки, назвали перерывы в работе бизнеса самым большим внутренним риском для своего успеха.
За этим последовал риск цепочки поставок, на который указали 40% компаний. Управление турбулентностью и потенциальными сбоями стало стандартной практикой в секторе продуктов питания и напитков, чему способствуют глобальная нестабильность, конфликты, изменение климата и кризис стоимости жизни. В результате этого компании проявляют осторожность в отношении своего будущего.
Более 41% компаний по производству продуктов питания и напитков назвали повышение ликвидности главной стратегической целью на ближайшие два года, гарантируя, что у них будут финансовые ресурсы для преодоления дальнейших потрясений. Другие ключевые приоритеты включают сокращение затрат, на чем концентрируют внимание 38% компаний, и стабилизацию бизнеса (цель для 35% компаний).
Кроме того, компании все больше сомневаются в своей способности идти в ногу с быстро меняющимися потребительскими вкусами и предпочтениями: 36% считают это риском. Однако эта задача также представляет собой область возможностей, поскольку компании могут извлечь выгоду из последних потребительских тенденций.
Несмотря на проблемы, компании по производству продуктов питания и напитков активно работают над повышением устойчивости. Почти половина (47%) пересматривают свои планы обеспечения непрерывности бизнеса каждые шесть месяцев, а 31% делают это ежеквартально.
Однако более четверти 29% этих предприятий сообщили, что их страховые полисы покрывают только материальный ущерб в случае экстремальных погодных условий, не включая покрытие приостановки деятельности, которое необходимо для восстановления и устойчивости.
