Топливный кризис в мире, развернувшийся на фоне войны в Иране, оказывает ценовое влияние на экономику Украины, однако не будет существенно влиять на экономическую активность до тех пор, пока не возникнет дефицит топлива, считает старший аналитик Dragon Capital Наталья Шпигоцкая.
«Мы ожидаем роста ВВП в этом году на уровне 1,5%. И что касается именно топливного кризиса, мы не ожидаем существенного влияния роста цен на топливо на экономическую активность до тех пор, пока турбулентность в мире не приведет к его существенному дефициту в стране», – отметила она во время апрельского обзора экономики от Центра экономической стратегии со спецтемой «Как топливный кризис влияет на украинскую экономику?»
«Что касается инфляционных ожиданий, то на данный момент наш прогноз инфляции на конец года составляет 7,1%. Мы пересмотрели его на 8 п.п. по сравнению с предыдущим прогнозом, в том числе, чтобы учесть рост цен на топливо, а также наш пересмотр по валютному курсу», – добавила Шпигоцкая.
По ее словам, прогноз Dragon Capital основан на предположении, что в ближайшие месяцы война или боевые действия в отношении Ирана будут приостановлены, что позволит мировым ценам на нефть стабилизироваться на отметке ближе к $70 за баррель. В то же время, если мировые цены на нефть будут оставаться на высоком уровне дольше и составят примерно $100 за баррель в течение года, это повлечет за собой риск роста инфляции в Украине на 2% п.п., «то есть ближе к 9%».
Шпигоцкая также обратила внимание на то, что под прямое влияние роста цен на топливо, в частности на дизель почти на 50%, в первую очередь попала отрасль перевозок, в результате чего выросли расходы на транспортировку как среди основных экономических игроков, так и среди компаний, предоставляющих транспортные услуги.
Хотя, как отметила аналитик Dragon Capital, рост цен на транспортные услуги пока не пропорционален росту цен на дизельное топливо в розничной торговле, но все же он присутствует.
В то же время, по ее словам, в других отраслях, в частности в агросекторе, где транспортные расходы составляют до 10% от общих расходов, влияние на финансовые результаты может быть не таким сильным.
«Однако если высокие цены на нефть будут сохраняться дольше и мы уже увидим эффекты второго порядка, то есть рост цен на удобрения и другие компоненты производственных затрат, а также перекладывание более высоких транспортных расходов на другие товары и услуги, то долгосрочное влияние может быть более заметным», — отметила аналитик.
Старший экономист Центра экономической стратегии (ЦЭС) Наталья Колесниченко сообщила, что по результатам опроса предприятий и компаний 9% из них не ощутили влияния топливного кризиса, зато 66% ощутили существенное или умеренное влияние, отметив, что оно преимущественно ценовое.
«76% сообщили, что у них выросли прежде всего транспортные и логистические расходы, 53% сообщили, что не ощутили перебоев в деятельности. То есть это тоже подтверждает, что основной фактор у нас сейчас ценовой. 20% предприятий уже перенесли увеличение производственных затрат на потребительские цены, а остальные планируют сделать это в ближайшее время, потому что ресурсов для удержания цен на прежнем уровне у предприятий недостаточно», – сказала старший экономист ЦЭС.
По ее словам, инфляционные риски растут для всех товаров и услуг, поскольку во всех есть топливная составляющая.
Она также добавила, что 24% опрошенных компаний пока не смогли оценить влияние топливного кризиса.
