В 2025 году население использовало 7,6 млрд куб. м, или 36% от общего объема потребленного в Украине 21 млрд куб. м природного газа, сообщил аналитический центр DIXI Group со ссылкой на данные Energy Map.
«Вторым по объемам является сегмент промышленности и других потребителей — 5,0 млрд куб. м (24%)», — отметили в центре.
В свою очередь, предприятия теплокоммунэнерго, производящие тепло для населения, использовали 3,9 млрд куб. м газа (18%), тогда как ТКЭ, обеспечивающие других потребителей, в частности бюджетные учреждения – 2,5 млрд куб. м (12%).
Еще около 2 млрд куб. м (10%) составляют потери – расчетный показатель, который определяется как разница между валовым потреблением газа и суммой конечного потребления по всем категориям потребителей.
По данным DIXI Group, в прошлом году по сравнению с 2024 годом валовое потребление газа снизилось на 4%, а по сравнению с 2021 годом – на 31%. При этом выросло потребление газа предприятиями ТКЭ для нужд населения (+17%), а также потребление самим населением (+6%). В то же время потребление ТКЭ для других потребителей сократилось на 16%, а промышленностью и другими потребителями – на 12%.
По сравнению с 2021 годом потребление газа промышленностью и другими потребителями сократилось более чем вдвое (-54%). Также сократилось потребление газа предприятиями ТКЭ для населения (-24%) и населением (-12%). Зато потребление газа ТКЭ для других потребителей выросло на 47%.
Общая площадь посевов основных сельскохозяйственных культур в Украине в 2025 году составила 80 420,25 га, что на 2,3% больше по сравнению с 2024 годом (78 602,71 га), но на 11,8% ниже показателя 2023 года (91 161,83 га), сообщило агентство «АПК-Информ» со ссылкой на данные Семенной ассоциации Украины (САУ).
В ассоциации отметили, что более чем в два раза выросли площади под твердой озимой пшеницей – с 209,4 га в 2024 году до 424,66 га в 2025-м. В то же время наблюдается сокращение площадей яровой пшеницы, особенно твердых сортов – почти в три раза. Положительную динамику продемонстрировал также озимый ячмень, что свидетельствует о восстановлении интереса к культуре со стороны хозяйств.
Согласно приведенным в таблице данным, положительную динамику в 2025 году продемонстрировали кукуруза (+16,7%) – до 25,68 тыс. га, мягкая озимая пшеница (+5,9%, 25,12 тыс. га) и рапс (+46,3%, 0,28 тыс. га). В то же время продолжается сокращение площадей под семенным подсолнечником (–12%, 10,62 тыс. га) и яровым ячменем (–8,5%, 2,98 тыс. га). Семенная соя после роста в 2024 году вернулась к показателям двухлетней давности — 12,84 тыс. га.
«В целом по ключевым культурам наблюдается медленное восстановление семенных площадей, что является важным сигналом для внутреннего рынка и сегментов, ориентированных на экспорт», — подчеркнула исполнительный директор НАУ Сюзана Григоренко.
Как сообщает Сербский Экономист, экономический рост Сербии в 2026 году может составить около 2,75%, однако такой сценарий во многом зависит от дальнейшего развития кризиса на Ближнем Востоке и его влияния на цены на нефть и общую инфляционную динамику.
Фактор энергетики для Сербии в последние дни стал особенно чувствительным. На фоне конфликта вокруг Ирана Brent поднималась выше $100 за баррель, а перебои в поставках уже заставили международные организации и центробанки пересматривать инфляционные и экономические прогнозы. МВФ предупредил, что длительный рост цен на энергоносители способен ускорить инфляцию и замедлить глобальный рост, а ЕЦБ уже повысил прогноз инфляции на 2026 год и понизил оценку роста экономики еврозоны.
Для Сербии это означает двойной риск — через импортируемую инфляцию и через ухудшение условий для внешнего спроса на европейских рынках. Национальный банк Сербии пока сохраняет собственный прогноз роста ВВП на 2026 год на уровне 3,5%, однако внешний шок из-за нефти и газа делает эту оценку менее устойчивой, особенно если высокие цены сохранятся дольше нескольких недель.
Дополнительное давление связано с рынком топлива внутри страны. 19 марта власти Сербии продлили запрет на экспорт нефти и нефтепродуктов до 2 апреля, распорядились высвободить 40 тыс. тонн дизельного топлива из резервов и снизили акцизы на топливо на 20%, пытаясь не допустить дефицита и скачка цен. На следующий день США также продлили санкционную отсрочку для NIS до 17 апреля, что позволило сохранить импорт нефти для сербского рынка.
Таким образом, базовый сценарий для экономики Сербии на 2026 год пока остается положительным, но все сильнее зависит не только от внутреннего спроса и инвестиций, а и от геополитики. Если ситуация на Ближнем Востоке стабилизируется, рост может остаться ближе к официальным прогнозам. Если же энергетический кризис затянется, давление на инфляцию, потребление и промышленность может оказаться сильнее, чем ожидалось еще в начале года.
Климатические изменения уже имеют практические последствия для Украины – от энергетики и сельского хозяйства до состояния экосистемы Карпат и перспектив зимнего туризма, заявили эксперты Института промышленной экологии и Института технической теплофизики НАН Украины. По их словам, глобальное потепление в украинском регионе проявляется интенсивнее, чем в ряде стран Западной Европы, а полномасштабная война РФ дополнительно усиливает климатические риски.
Член-корреспондент НАНУ Наталия Фиалко подчеркнула, что нынешний климатический кризис уже вышел за рамки сугубо научной дискуссии и непосредственно влияет на вопросы безопасности, энергетики и долгосрочной государственной политики.
«В последние годы значение порога относительно уровня 1,5 градуса Цельсия уже достигнуто. В 2023 году эта аномалия составила 1,54 градуса, в 2024 году – 1,6, а в 2025 году – 1,55. Это данные ведущих исследовательских центров и Всемирной метеорологической организации, то есть человечество уже получило сигнал о том, что глобальное потепление направляется к своему критическому пределу», – отметила она на пресс-конференции в агентстве «Интерфакс-Украина» в четверг.
По словам ученого, в центре реагирования на климатические вызовы должны быть декарбонизация экономики, энергоэффективность и переход к климатически нейтральным источникам энергии, включая атомную генерацию.
«Проблема климатической безопасности непосредственно связана с декарбонизацией экономики. А последнее, в свою очередь, определяется переходом на климатически нейтральные источники энергии, и речь идет не только о возобновляемой энергетике, но и об атомной, которая очень важна для Украины. Эта проблема также связана с повышением энергоэффективности в целом и с внедрением циркулярной экономики», – добавила Наталия Фиалко.
В свою очередь, директор института промышленной экологии, действительный член академии строительства Украины Александр Сигал отметил, что Украина уже имеет внутренние возможности для сокращения потребления ископаемого топлива, но это требует системной модернизации инфраструктуры теплоснабжения.
«Если мы посмотрим на отопительные сезоны в Украине на протяжении последних 20 лет, то увидим, что они уже сократились где-то на 20%. То есть нам уже нужно примерно на 20% меньше органического топлива даже без дополнительных мер. Далее есть блок энергоэффективности, есть модернизация тепловых сетей, есть индивидуальные тепловые пункты, есть биометан, солнце, ветер – все это дает возможность значительно сократить объемы ископаемого топлива», – отметил ученый.
Отдельное внимание участники пресс-конференции уделили Карпатам, где, по словам Александра Сигала, климатические изменения уже имеют вполне измеримый эффект. Он отметил, что на основании исторических данных, в частности австрийских наблюдений, в Карпатском регионе уже фиксируется существенное повышение температуры.
«По австрийским данным, с 1850 года мы имеем уже повышение температуры на 2,4 градуса. Если интерполировать эту кривую дальше, даже без ускорения процесса, то к 2050 году будем иметь еще 1,4-1,9 градуса среднего повышения. И это означает не просто изменение средней температуры, а увеличение разбаланса – больше очень холодных и очень теплых дней и меньше стабильных средних периодов», – добавил эксперт.
Он подчеркнул, что одним из самых заметных последствий потепления для Карпат уже стало сокращение периода с устойчивым снежным покровом, которым можно пользоваться во время туристического сезона.
«Если говорить о наших Карпатах, то сейчас уже на 8-10 дней сократился сезон, когда люди могут воспользоваться снегом для горнолыжного отдыха. И если этот процесс не поддерживать искусственным снегом, то это сокращение будет только расти. Мы уже видим, что снег то исчезает, то снова появляется, и эти провалы приходится закрывать», – отметил ученый.
При этом, по его словам, замещение природного снега искусственным потребует значительных ресурсов воды и электроэнергии, которых у страны в нынешних условиях не хватает.
«Чтобы заместить тот же снег, нужно 250-400 литров воды на 1 кубический метр снега, а в целом – 3-4 тыс. кубометров воды на 1 гектар. Кроме того, энергозатраты на производство искусственного снега составляют 0,3-0,7 киловатта на кубический метр, и если считать даже минимальные трассы, то речь идет о миллионах киловатт-часов электроэнергии. В ситуации, в которой сейчас находится Украина, таких объемов электричества у нас нет, сколько бы денег это ни стоило», – сказал Александр Сигал.
По оценке эксперта, это неизбежно скажется и на стоимости отдыха в Карпатах.
«Если мы все же хотим сохранить курорты в Украине, то должны быть готовы к тому, что для тех, кто будет отдыхать, это будет означать дополнительные расходы. Это может составить от 100 до 800 евро на период отпуска продолжительностью 10-20 дней – фактически именно столько придется платить за поддержку такой курортной инфраструктуры. И если на отдельных курортах, за исключением Буковеля, который имеет свои водные ресурсы в достаточном объеме, придется еще и транспортировать воду, то все эти расходы в итоге лягут на конечного потребителя», – подчеркнул он.
Наталия Фиалко при этом обратила внимание, что для Украины проблема является еще более острой, чем для части других европейских стран, из-за особенностей климата и последствий войны.
«В Украине глобальное потепление происходит несколько интенсивнее, чем в Западной Европе, и это обусловлено прежде всего более сухим климатом. Кроме того, на ситуацию существенно влияет полномасштабное российское вторжение, которое привело к значительному увеличению выбросов СО2. Это так называемый углеродный след войны», – сказала она.
По ее словам, военные действия уже стали одним из главных источников дополнительной климатической нагрузки на Украину. В 2022 году, по данным ученой, основным источником выбросов СО2 стали именно военные действия, а не энергетика или промышленность, что вызвало рост выбросов на 23% сразу. Дополнительные выбросы СО2 от военных действий в 2025 году составили 77 млн тонн в СО2-эквиваленте, а за период с февраля 2022 года по февраль 2025 года – 175 млн тонн. Общий связанный с этим ущерб оценивается в $57 млрд. Эксперт также обозначила более широкий перечень рисков, которые несет потепление для государств и обществ.
«К основным компонентам этой проблемы относятся дефицит питьевой воды, продовольственная незащищенность, деградация почв, борьба за землю, климатическая миграция и энергетическая уязвимость. В ответ нужны адаптивное сельское хозяйство, международные инструменты управления ресурсами, децентрализация энергетики, системы раннего предупреждения. И, что особенно важно, вооруженные силы и разведки должны включать климатические прогнозы в свое стратегическое планирование», – добавила Фиалко.
Александр Сигал выразил сомнение в возможности быстрого запуска отдельной государственной программы поддержки горнолыжных курортов в условиях войны и финансового дефицита, одновременно назвав первоочередным шагом сохранение лесов в Карпатах.
«Страны вокруг имеют схожие проблемы, и первый совет – не вырубать леса в Карпатах. Фактически другие страны повышают лесистость, а Украина вырубает столетние дубы и буки. То есть надо брать кальку с того, что делают за рубежом, и перестать рубить украинские Карпаты», – резюмировал он.
АЛЕКСАНДР СИГАЛ, Карпаты, КЛИМАТИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ, НАТАЛІЯ ФІАЛКО
Автоматизация процессов финансового мониторинга в ближайшие годы станет таким же стандартом для финансовых компаний, как бухгалтерские системы или CRM-решения, считает CEO AML.point, советник по вопросам RegTech-проектов AI FINTECH Оксана Губина.
«Мы убеждены, что в ближайшие годы автоматизация AML станет таким же стандартом для финансовых компаний, как бухгалтерские системы или CRM-системы для продаж, для коммуникации с клиентами и так далее. Наша цель – сделать такие технологические решения не исключением для отдельных крупных игроков, а доступным рабочим инструментом для максимально широкого круга финансовых учреждений», – добавила она, отметила она на пресс-конференции в агентстве «Интерфакс-Украина» в пятницу.
По словам Губиной, платформа AML.point создавалась как технологическое решение для автоматизации процессов финансового мониторинга в небанковских финансовых учреждениях, а впоследствии была адаптирована и для более широкого круга субъектов первичного финансового мониторинга, в частности нотариусов, адвокатов, бухгалтеров, продавцов недвижимости и драгоценностей. Она отметила, что идея продукта возникла после изменения архитектуры регулирования рынка, когда Национальный банк Украины стал мегарегулятором для большинства финансовых учреждений.
«За последние годы регуляторная среда очень существенно изменилась. И если раньше можно было говорить об отдельных стандартах для банков и небанковских финансовых учреждений, то сейчас эта граница постепенно стирается. То, что вчера было привычной практикой для банковского сектора, сегодня становится обязательным или, по крайней мере, ожидаемым стандартом для небанковского рынка», – отметила Губина.
Она подчеркнула, что сегодня требования к небанковским учреждениям по уровню ответственности и ожиданиям регулятора уже приблизились к банковским, а ключевые AML-процессы требуют системного управления и автоматизации. Речь идет, в частности, об учете операций, выявлении подозрительной деятельности, ведении реестров финансового мониторинга и отчетности в уполномоченные органы.
Отдельно CEO AML.point обратила внимание на функционал платформы для формирования и подачи уведомлений в Государственную службу финансового мониторинга. По ее словам, сегодня при подаче информации о подозрительной операции учреждениям нужно вносить в электронном кабинете более 100 параметров, тогда как в системе AML.point большинство из них могут заполняться автоматически на основе уже имеющихся данных, а затем передаваться через API-интеграцию.
«Как результат, процесс подачи уведомлений становится значительно более быстрым, удобным и менее зависимым от ручных операций. Это не просто дополнительная опция, это инструмент, который существенно упрощает ежедневную работу ответственных работников и помогает снизить риски ошибок в отчетности», – добавила Оксана Губина.
Среди других возможностей платформы спикер назвала автоматизированную проверку клиентов и транзакций по санкционным спискам СНБО Украины и международным санкционным перечням, спискам лиц, связанных с террористической деятельностью, а также базам публичных деятелей. Кроме того, система, по ее словам, позволяет интегрировать данные из регистрационных агрегаторов и отслеживать изменения по компаниям и предпринимателям.
«Финансовое учреждение может не просто выполнять регуляторные требования, а делать это системно, точно и с меньшими затратами ресурсов», – подчеркнула финансовый эксперт.
В то же время она подчеркнула, что технологическое решение не может полностью заменить ответственного работника по финансовому мониторингу и не является «панацеей от штрафов», поскольку результат зависит от качества и системности применения инструмента.
Комментируя вопрос внедрения, CEO AML.point отметила, что для небольших компаний старт работы с системой является простым и быстрым, тогда как для крупных финансовых учреждений со значительными массивами клиентских данных и транзакций может потребоваться более глубокая интеграция с внутренними IT-системами. При этом, по ее словам, SaaS-модель поставки позволяет гибко планировать расходы на автоматизацию.
Губина также заявила, что система выстраивается в соответствии с требованиями Национального банка Украины, а компания ежегодно проходит сертификацию по стандарту ISO 27001 и, при работе с карточными данными, соблюдает стандарт PCI DSS. Отдельно она подчеркнула, что ни один государственный орган не имеет прямого доступа к данным пользователя в системе, а передача информации происходит только в случаях, предусмотренных отчетностью и подачей уведомлений о подозрительных операциях.
По словам спикера, при условии корректной настройки индикаторов подозрительности платформа также может выявлять аномальные паттерны поведения в финансовых операциях и помогать специалистам в выявлении потенциально рискованной активности в пределах тех данных, которые учитываются в системе.
Производство сельскохозяйственной продукции в Украине в январе-феврале 2026 года увеличилось на 1,7% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, сообщила Государственная служба статистики (Госстат).
Согласно данным ведомства, рост был обеспечен исключительно сектором животноводства (индекс 101,7%), тогда как данные по растениеводству в этот период традиционно отсутствуют.
Основным драйвером стали сельхозпредприятия, которые увеличили производство на 8,9%. Лучшую динамику в этом сегменте показали предприятия Донецкой (индекс 162,5%), Львовской (132,9%) и Волынской (135,0%) областей. В целом рост среди предприятий зафиксирован в 20 регионах.
Зато в хозяйствах населения наблюдается спад: объемы производства сократились на 14,8% по сравнению с январем-февралем 2025 года. Наибольшее падение в частном секторе зафиксировано в Донецкой (индекс 35,3%), Тернопольской (50,9%) и Закарпатской (63,8%) областях.
В региональном разрезе во всех категориях хозяйств наибольшее сокращение объемов зафиксировано в Донецкой (индекс 60,5%), Закарпатской (68,3%) и Черновицкой (82,9%) областях. В то же время лидерами общего роста стали Винницкая (+22,9%), Львовская (+22,7%) и Кировоградская (+7,6%) области.
Как сообщалось, в январе 2026 года сельскохозяйственное производство в Украине выросло на 3,2% по сравнению с январем 2025 года. Таким образом, по итогам двух месяцев темпы роста несколько замедлились.
