Реформирование органов прокуратуры в Украине должно перейти от политических и кадровых экспериментов к восстановлению профессионализма, деполитизации должности генерального прокурора, реальному прокурорскому самоуправлению и четкому разграничению полномочий между правоохранительными органами, считают участники дискуссионного клуба «Столичный регион».
«За 34 года Независимости Украина увидела 18 генеральных прокуроров и исполняющих обязанности. Каждый второй-третий из них декларировал реформу как основной приоритет, но глубокой институциональной трансформации до сих пор не произошло», — заявил политический консультант, председатель правления Института украинской политики Алексей Усачов на пресс-конференции в агентстве «Интерфакс-Украина» в понедельник.
По его словам, историю прокуратуры независимой Украины можно условно разделить на несколько этапов. Первый был связан с постсоветским становлением системы, когда руководителями органов прокуратуры становились преимущественно профессиональные прокуроры, которые проходили все ступени служебной иерархии. Следующий этап, по оценке Усачова, характеризовался политизацией должности генерального прокурора, когда прокуратура все чаще становилась элементом политической борьбы.
«Генеральный прокурор все больше начал определяться обществом как политическая фигура. Это выливалось в политические скандалы, процессы вокруг должности прокурора и квотирование должностей по партийной принадлежности, а не по уровню добропорядочности и профессионализма», — отметил он.
Усачов также указал, что после Революции достоинства реформирование прокуратуры происходило под значительным влиянием политиков и международных партнеров, а в системе появилась практика назначения на высшие должности людей без достаточного прокурорского опыта.
«Система разбалансирована, в ней больше лозунгов и деклараций, чем реальных практических действий. После попыток разогнать всех и собрать по-новому больших положительных результатов нет, поскольку из прокуратуры вымыли профессиональные кадры, вместо этого пришло много случайных и неопытных людей. Близость к Офису президента, к власти, к партии власти остается первоочередной причиной присутствия человека на должности. Нивелирование открытых конкурсов и профессионализма — это ключевой недостаток, который сегодня наблюдается в отношении прокуратуры», — подчеркнул председатель правления Института украинской политики.
В свою очередь, адвокат и экс-заместитель генерального прокурора Украины Алексей Баганец заявил, что нынешняя модель прокуратуры стала следствием длительного законодательного сужения ее функций.
«Для меня эта тема болезненная, потому что работе в органах прокуратуры я отдал 35 лет, прошел все служебные ступени — от районной прокуратуры до должности заместителя генерального прокурора. Поэтому мне есть с чем сравнивать: и с советским периодом, и с годами становления независимости, и с годами первой волны войны на востоке», — подчеркнул он.
Баганец также уточнил, что общий надзор прокуратуры был отменен еще с принятием Конституции 1996 года, однако, по его словам, дальнейшие законодательные изменения фактически лишили прокуратуру ряда важных механизмов влияния на законность.
«Новый Уголовный процессуальный кодекс и новый закон о прокуратуре фактически стали этапами разрушения той системы, которая уже работала. Под предлогом приведения ее деятельности к европейским стандартам были ликвидированы или существенно сужены функции, которые позволяли прокурору реально влиять на соблюдение законов», — заявил Баганец.
Он подчеркнул, что в разных европейских странах прокуратуры имеют разный объем полномочий, поэтому ссылка на единый «европейский стандарт» в этой сфере является некорректной.
«Нет единого европейского стандарта прокуратуры. Прокуратуры в разных европейских странах существуют с разными функциями. Поэтому не все, что нам предлагают под видом европейского опыта, можно механически переносить в украинскую правовую систему», — подчеркнул он.
По словам Баганца, прокуратура потеряла возможность эффективно представлять интересы социально незащищенных граждан в судах, а представительство интересов государства было сужено до исключительных случаев.
«Прокурора фактически размыли как защитника конституционных прав и свобод граждан от беззакония, прежде всего со стороны органов власти. А это была одна из составляющих системы сдержек и противовесов», — сказал он.
Экс-заместитель генпрокурора также раскритиковал состояние процессуального руководства в уголовных производствах. По его оценке, прокурор сейчас часто не имеет достаточных инструментов для влияния на следователя или руководителя органа досудебного расследования.
«Сегодня прокурора превратили в простого наблюдателя за беззаконием, которое иногда происходит в органах правопорядка. Он не имеет в своем арсенале надлежащих полномочий повлиять на следователя или руководителя органа досудебного расследования, чтобы они выполняли закон», — заявил адвокат.
Он также обратил внимание на последствия переаттестации прокуроров в 2019-2020 годах, по результатам которой значительное количество уволенных работников было восстановлено судами, а из госбюджета выплачивались значительные суммы компенсаций. По его словам, когда идет процесс аттестации и переаттестации, нужно вспоминать не только лозунги, но и факты, ведь есть тысячи восстановленных судами прокуроров и средства, которые государство выплатило в связи с незаконными увольнениями.
Отдельно он высказал мнение, что генеральный прокурор не должен восприниматься как политическая должность, и предложил установить для кандидата на эту должность требование об обязательном значительном опыте работы в органах прокуратуры, в частности на руководящих должностях, а также усилить роль прокурорского самоуправления в процедуре назначения и увольнения руководителя системы.
Основатель социологической компании Active Group Андрей Еременко, со своей стороны, обратил внимание на то, что общество воспринимает прокуратуру не изолированно, а как часть более широкой правоохранительной системы и власти в целом.
«Обычный человек не разделяет, где Министерство внутренних дел, где прокуратура, где суды, а где НАБУ. Он видит, что вокруг что-то плохо, и делает вывод, что вся правоохранительная система плохая. Общество хочет видеть профессионалов. С позиции граждан это человек, который имеет соответствующий опыт и не был пойман на коррупции. В идеальном образе важны опыт в органе, причастность к силам обороны, последовательность и карьера, пройденная не с улицы», — подчеркнул он.
В то же время он подчеркнул, что даже при наличии положительных действий прокуратура часто проигрывает информационную борьбу, поскольку общество лучше замечает скандалы, чем внутреннее самоочищение системы.
«Когда кого-то в прокуратуре ловят извне, это сразу становится очень заметным и переходит в негатив. А внутреннее самоочищение остается незамеченным. Это проблема информационной работы и прозрачности», — сказал Еременко.
Он также подчеркнул необходимость просветительской работы относительно полномочий различных органов власти.
«Если обществу не нравится порядок назначения генерального прокурора, это вопрос к Верховной Раде, которая должна менять закон. Нельзя требовать от прокуратуры того, что не относится к ее компетенции», — отметил социолог.
Юрист, народный депутат IV, V и VI созывов Валерий Бондик отметил, что прокуратура должна оставаться профессиональным и независимым элементом системы сдержек и противовесов.
«Прокуратура в государстве всегда была надзорным органом, государственным оком. Система сдержек и противовесов работает тогда, когда есть независимая, сильная, компетентная и профессиональная прокуратура», — добавил он.
Бондик напомнил, что Уголовный процессуальный кодекс 2012 года принимался после широкого обсуждения с участием университетов, ученых, Министерства внутренних дел, Генеральной прокуратуры и судейской среды. В то же время, по его словам, отдельные нормы, в частности относительно обязательной регистрации заявлений в ЕРДР, сейчас создают значительную нагрузку на систему.
«Идея законодателя была понятной: чтобы не было сокрытия преступлений и латентной преступности. Но практическая реализация этой нормы породила другие проблемы, потому что все автоматически попадает в реестр и начинается досудебное расследование», — отметил он.
Он также обратил внимание на последствия ликвидации военной прокуратуры и военных судов, что, по его мнению, особенно ощутимо в условиях военного положения.
«Военное время показало, что не нужно было сокращать и ликвидировать военные суды и мощную военную прокуратуру. Есть военные, есть военные законы, и сейчас мы видим, что эти недостатки срабатывают», — подчеркнул Бондик.
В то же время он положительно оценил готовность нынешнего руководства прокуратуры публично говорить о коррупционных случаях внутри системы.
«К чести нынешнего генерального прокурора Руслана Кравченко, он не вуалирует такие случаи. Он честно и открыто говорит, что есть проблемы, и ими занимаются внутренняя инспекция или антикоррупционные органы. Это здоровая тенденция — не прятать проблемы, а выносить их, чтобы они не повторялись», — сказал юрист.
Алексей Усачов, подводя итоги дискуссии, отметил, что после назначения Руслан Кравченко задекларировал правильные задачи по продолжению реформ прокуратуры, однако общество ожидает не только деклараций, но и практического результата.
«Политический процесс в Украине построен так, что можно декларировать самые лучшие намерения и реально хотеть изменить ситуацию, но этого может не получиться из-за политических препятствий, нехватки голосов, средств, понимания или кадров. Не хотелось бы, чтобы слово “реформы” в очередной раз стало раздражителем для общества», — подчеркнул он.
Среди ключевых рекомендаций, озвученных по итогам дискуссии, участники дискуссии назвали деполитизацию процедуры назначения генерального прокурора, обеспечение институциональной автономии Специализированной антикоррупционной прокуратуры, реальную независимость прокурорского самоуправления, прозрачные дисциплинарные процедуры, адекватную оплату труда прокуроров и постоянный контроль добропорядочности не только во время конкурсов, но и в процессе работы.
Также к необходимым шагам, по мнению экспертов, относятся институциональное усиление направления расследования военных преступлений, оптимизация штатной структуры при повышении качества работы, четкое разграничение функций СБУ, НАБУ, ГБР и других органов, а также реальное выполнение этических стандартов прокурорами.
АЛЕКСЕЙ БАГАНЕЦ, АЛЕКСЕЙ УСАЧЕВ, АНДРЕЙ ЕРЕМЕНКО, ВАЛЕРИЙ БОНДИК, ДИСКУССИЯ, ІГОР БОНДАРЧУК, КИЕВСКИЙ РЕГИОН, ПРОКУРАТУРА
Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП) будет просить Высший антикоррупционный суд об избрании меры пресечения в виде залога в 50 млн грн для главы парламентской фракции «Батькивщина» Юлии Тимошенко, подозреваемой в попытке подкупа ряда народных депутатов, сообщили агентству «Интерфакс-Украина» в САП.
«Заседание по избранию меры пресечения состоится в пятницу. Прокуратура будет просить суд о залоге в 50 млн грн», — отметили в антикоррупционной прокуратуре в четверг.
Пресс-служба ВАКС подтвердила проведение заседания в пятницу в 9:00.
«На многочисленные запросы представителей СМИ информируем, что рассмотрение ходатайства о применении меры пресечения к народному депутату, руководительнице депутатской фракции в Верховной Раде Украины запланировано на 16 января 2026 года в 09:00 в помещении ВАКС по адресу: проспект Берестейский, 41», — говорится в сообщении в телеграм-канале.
ЗАЛОГ, ПРОКУРАТУРА, САП, СУД, Тимошенко
Южнокорейские прокуроры потребовали назначить бывшему президенту Юн Сок Ёлю смертную казнь по обвинению в организации мятежа в связи с введением военного положения в декабре 2024 года, сообщают западные СМИ.
По данным Reuters, обвинение считает, что действия Юна были неконституционными и подорвали работу демократических институтов. Сам экс-президент отвергает обвинения. Судебное решение по делу ожидается в феврале. В Reuters отмечают, что хотя законодательство Южной Кореи предусматривает смертную казнь за мятеж, в стране действует фактический мораторий на казни, и последняя казнь была проведена в 1997 году.
Следователи полиции разоблачили схему завладения бюджетными средствами во время проведения ремонтных работ детского сада в одном из городов Харьковской области, сообщает пресс-служба Харьковской облпрокуратуры.
«Эту аферу в 2021 году организовали городской голова населенного пункта… директор фирмы (проводившей ремонт) и двое его сотрудников… Всем четырем злоумышленникам сообщено о подозрении по факту завладения чужим имуществом путем злоупотребления служебным лицом своим служебным положением, совершенном в крупном размере организованной группой (ч.5 ст.191 УК Украины), и по факту служебного подлога, совершенного организованной группой (ч.3 ст.28, ч.1 ст.366 УК Украины)», — говорится в сообщении.
Название города в сообщении не указывается.
По данным следствия, при выполнении работ в отчетную документацию вносились ложные данные относительно стоимости использованных строительных материалов и объемов работ. В частности, в документы были внесены работы, которые в действительности были выполнены работниками коммунального предприятия городского совета.
Таким образом, члены группы успели завладеть почти 400 тыс. грн. бюджетных средств.
деньги, детсад, МЭР, ПРОКУРАТУРА, РЕМОНТ
Руководитель Специализированной антикоррупционной прокуратуры (CFG) Александр Клименко принял решение отменить постановление о закрытии так называемого «дела Роттердам+» как незаконное и необоснованное, сообщает пресс-служба САП.
Отмечается, что Клименко также полностью сменил группу прокуроров по этому делу из-за неэффективного осуществления надзора за соблюдением законов во время проведения досудебного расследования.
«Такие решения приняты по результатам изучения материалов дела, тщательного исследования выводов прокуроров при закрытии этого уголовного производства и по результатам совещания с участием прокуроров и детективов Национального антикоррупционного бюро Украины, осуществлявших досудебное расследование», — поясняется в сообщении.
Уточняется, что руководитель САП выявил «многочисленные неувязки в выводах и аргументации прокурора при закрытии этого дела, неполноту исследования материалов дела прокурором, несоответствие выводов прокурора фактическим обстоятельствам уголовного производства».
«Это означает, что дальнейшие решения по этому делу будет принимать обновленный состав прокуроров в полном соответствии с требованиями Уголовного процессуального кодекса», — подчеркнули в САП.
Там напомнили, что 21 сентября 2022 года Апелляционная палата Высшего антикоррупционного суда (ВАКС) завершила рассмотрение апелляционной жалобы на определение следственного судьи ВАКС от 13 октября того же года об отказе в удовлетворении жалобы на решение о закрытии уголовного производства.
По результатам рассмотрения коллегия суда частично отменила определение следственного судьи и закрыла производство по жалобам представителей АО «Никопольский завод ферросплавов» и АО «Запорожский завод ферросплавов» на постановление прокурора САП о закрытии уголовного производства от 24 марта 2017 года.
«САП ожидает полного текста указанного решения суда. Правовая позиция суда, изложенная в полном тексте решения, будет учтена при дальнейшем осуществлении досудебного расследования и принятии решений по делу. Одновременно с этим незаконность и необоснованность решения прокурора о закрытии этого производства не вызывает у руководителя САП никаких сомнений», — подытожили в прокуратуре.
По ходатайству прокуроров Подольской окружной прокуратуры Киева арестованы и переданы в управление АРМА асфальтобетонные заводы, принадлежащие белорусским компаниям, сообщает Киевская городская прокуратура.
В сообщении, размещенном в телеграм-канале прокуратуры в понедельник, значится, что стоимость переданных активов составляет около 120 млн. грн.
«Следствием установлено, что в Киеве, а также в Житомирской и Николаевской областях осуществляют деятельность ряд компаний, специализирующихся на выполнении различных видов дорожных работ. Конечным бенефициарным владельцем указанных компаний является Республика Беларусь», — информируют в прокуратуре столицы.
В сообщении отмечается, что в рамках следствия изучается деятельность указанных компаний на предмет присвоения средств госбюджета, выделяемых на строительство, реконструкцию и ремонт автомобильных дорог с последующей легализацией средств и выводом за границу. Также, как указывается в сообщении прокуратуры, проверяется возможное финансирование действий с целью захвата госвласти, изменения границ территории или государственной границы Украины.
«В ходе следствия три асфальтобетонных завода, которые находятся в Киеве, Житомирской и Николаевской области и принадлежат упомянутым компаниям, арестованы и переданы в управление Национальному агентству Украины по вопросам выявления, розыска и управления активами, полученными от коррупционных и других преступлений», — информируют в прокуратуре.
Досудебное расследование в уголовном производстве осуществляется по материалам Центрального аппарата СБУ.
