Аптечные продажи в Украине в январе-июне 2026 года в денежном выражении выросли на 15% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года — до почти 121 млрд грн, тогда как в натуральном выражении сократились на 5,8% — примерно до 533,955 млн упаковок.
Об этом агентству «Интерфакс-Украина» сообщила компания «Бизнес Кредит» со ссылкой на результаты проведенного исследования.
Средневзвешенная цена товаров аптечной корзины по итогам первого полугодия составила 226,65 грн за упаковку, что на 22,15% больше, чем в январе-июне 2025 года.
Таким образом, рост аптечного рынка в денежном выражении происходил на фоне сокращения общего количества проданных упаковок и существенного повышения средней стоимости аптечных товаров.
При этом темпы денежного роста рынка ускорились по сравнению с первым кварталом. В январе–марте аптечные продажи увеличились на 11,13% — до 60,245 млрд грн, тогда как натуральный объем снизился на 4,8%, примерно до 270,958 млн упаковок.
По итогам 2025 года аптечные продажи в Украине составили более 220,287 млрд грн, что на 14,23% больше, чем в 2024 году. В натуральном выражении они тогда сократились на 2,25%.
Средневзвешенная цена биологически активных добавок в украинских аптеках в январе-июне 2026 года выросла на 36,36% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — до 321,79 грн за единицу товара. Об этом агентству «Интерфакс-Украина» сообщила компания «Бизнес Кредит» со ссылкой на результаты исследования аптечного рынка.
Продажи БАД в денежном выражении за первое полугодие увеличились на 15,77% — до почти 13,516 млрд грн.
В то же время в натуральном выражении их реализация сократилась на 15,1% — до 42 млн упаковок.
Таким образом, увеличение денежного объема рынка БАД сопровождалось резким сокращением количества проданного товара и значительным повышением его средней стоимости.
Для сравнения: средняя цена всей аптечной корзины за этот период выросла на 22,15% — до 226,65 грн за упаковку, а лекарственных средств — на 13,96%, до 233,85 грн. Таким образом, БАДы стали одним из сегментов аптечного рынка с наиболее заметным повышением средней розничной цены.
Украина экспортировала продовольственные товары на сумму 14,1 млрд долларов в январе–июле 2026 года, свидетельствуют данные Государственной таможенной службы. По расчетам на основе статистики ГТС, продовольственная продукция обеспечила около 58,5% всего товарного экспорта Украины, который за семь месяцев составил $24,1 млрд.
Второе место среди экспортных категорий заняли металлы и изделия из них — $2,5 млрд, или чуть более 10% общего экспорта.
Машины, оборудование и транспорт были экспортированы на сумму $2,1 млрд, что соответствует примерно 8,7% внешних поставок.
Таким образом, на продовольствие, металлопродукцию и машиностроительную продукцию в совокупности пришлось около 77,6% украинского товарного экспорта.
Крупнейшим рынком сбыта украинских товаров за семь месяцев оставалась Польша, куда было поставлено продукции на $2,8 млрд. Экспорт в Турцию составил $2 млрд, в Германию — $1,5 млрд.
В целом украинский экспорт в январе–июле 2026 года вырос на 3,8% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — до $24,1 млрд с $23,2 млрд.
В то же время импорт вырос значительно быстрее — на 26,6%, до $58,1 млрд.
Следственный судья Высшего антикоррупционного суда (ВАКС) частично удовлетворил ходатайство защиты бывшего главы Офиса президента Андрея Ермака и смягчил ему меру пресечения, разрешив выезжать из Киева и Киевской области в ряд других регионов, сообщила пресс-служба Специальной антикоррупционной прокуратуры (САП).
«10 августа 2026 года следственный судья частично удовлетворил ходатайство защитников экс-руководителя Офиса президента Украины, подозреваемого в легализации имущества, полученного преступным путем, во время строительства частного коттеджного городка под Киевом, и изменил ранее возложенные на него процессуальные обязанности», – говорится в сообщении САП в Telegram в понедельник.
Ермаку разрешили выезжать за пределы Киева и Киевской области в Днепропетровскую, Донецкую, Запорожскую, Николаевскую, Сумскую, Харьковскую и Херсонскую области с возможностью транзита. «Таким образом, обязанность не покидать без разрешения детектива, прокурора и суда г. Киева и Киевскую область заменена на обязанность не покидать без такого разрешения пределы г. Киева, Киевской, Днепропетровской, Донецкой, Запорожской, Николаевской, Сумской, Харьковской и Херсонской областей с возможностью транзита через другие области», – говорится в сообщении САП.
Поездки в эти регионы защита объяснила участием подозреваемого в проекте по оказанию правовой помощи военнослужащим. Предпосылкой для обращения стороны защиты с таким ходатайством в суд стало одновременное поступление в САП и НАБУ ряда схожих по содержанию писем командиров воинских частей в интересах подозреваемого.
Суд не удовлетворил ходатайство защиты о снятии с Андрея Ермака электронного браслета (средства контроля).
Как сообщалось, 11 мая НАБУ и САП заявили о разоблачении организованной группы, которую подозревают в легализации 460 млн грн через элитное строительство под Киевом — одним из участников схемы был экс-руководитель ОП Ермак, ему было объявлено о подозрении. 12 мая антикоррупционные органы сообщили о подозрении по этому делу ещё шести участникам организованной группы, среди которых бывший вице-премьер-министр и бизнесмен (один из руководителей преступной организации, разоблачённой в ноябре 2025 года в рамках спецоперации «Мидас»). Речь идет, вероятно, о бизнесмене Тимуре Миндиче и бывшем вице-премьер-министре Украины Алексее Чернышове.
По данным следствия, в течение 2021–2025 годов подозреваемые «отмыли» более 460 млн грн путем строительства коттеджного городка в Козине Киевской области. Речь идет о строительстве на земельных участках общей площадью около 8 га четырёх частных резиденций со вспомогательными зданиями и сооружениями, а также спа-зоны (так называемый «кооператив «Династия»»).
14 мая Высший антикоррупционный суд избрал Ермаку меру пресечения в виде содержания под стражей с правом внесения залога в размере 140 млн грн. 18 мая за Ермака внесли полную сумму залога, и он вышел из СИЗО.
ВАКС, ЕРМАК, мера пресечения, САП, СУД
Как сообщает Fixygen, рынок криптовалют завершил прошедшую неделю в основном ростом: биткойн восстановился после снижения в начале августа и вновь протестировал отметку в 65 тыс. долларов, тогда как Ethereum и большинство крупнейших альткойнов также укрепились. Исключением среди ведущих криптовалют стал XRP, который потерял около 5% за неделю.
Утром 10 августа биткоин торговался на уровне около $65,2 тыс. и вырос примерно на 3,7% за семь дней, свидетельствуют данные CoinDesk. В течение понедельника цена вновь опустилась ниже $65 тыс. — примерно до $64,5–64,7 тыс. Еще 7 августа BTC демонстрировал недельный рост на 3,1%, направляясь к первому недельному росту за три недели.
Ethereum в начале новой недели находился в районе $1,9 тыс. и также завершил неделю ростом. BNB и Solana находились в плюсе, тогда как XRP отстал от общего восстановления рынка и потерял около 5%.
Одним из главных факторов поддержки стало возвращение институционального спроса. Американские спотовые биткоин-ETF получили за прошедшую неделю $853,54 млн чистого притока, что стало самым сильным недельным результатом с середины апреля. Значительная часть средств пришлась на фонд IBIT компании BlackRock.
Совокупный чистый приток в американские спотовые ETF на биткойн и Ethereum за неделю оценивается примерно в $1,1 млрд. Еще в начале августа ситуация была противоположной: предыдущую неделю биткойн-ETF завершили небольшим чистым оттоком, поэтому возвращение крупных покупателей стало одним из основных изменений рыночной картины.
Дополнительную поддержку криптовалютам оказала американская макростатистика. Слабые данные по рынку труда США ослабили опасения относительно возможного дальнейшего повышения процентных ставок ФРС и поддержали спрос на рисковые активы. Биткойн после публикации статистики поднялся до $65 тыс., при этом американские фондовые индексы завершили сильную неделю.
При этом говорить о полноценном возвращении устойчивого бычьего тренда пока рано. Биткойн остается недалеко от диапазона $62–65 тыс., в котором находился значительную часть последних недель. Аналитики отмечают, что для подтверждения более устойчивого восстановления рынка необходимо закрепление выше уровня $65 тыс.
Еще один признак осторожности — крайне низкая реализованная волатильность. В минувшую субботу диапазон колебаний BTC составил всего около $350 — это минимальный субботний диапазон с ноября 2023 года. В то же время на рынке опционов сохраняется повышенный спрос на защиту от снижения в районе $62–63 тыс., что указывает на продолжающиеся опасения участников рынка.
Сдерживающим фактором стала и новость о продаже биткоинов крупнейшим корпоративным держателем Strategy. Компания сообщила 10 августа, что за предыдущую неделю продала 1 690 BTC примерно за $108,6 млн, направив средства, в частности, на выкуп привилегированных акций. Ее запасы сократились до 840 447 BTC.
Регуляторный фактор, напротив, к концу августа, вероятно, уйдет на второй план. Сенату США не удалось принять CLARITY Act до начала августовских каникул Конгресса. Возвращение законодателей к рассмотрению комплексных правил регулирования рынка цифровых активов ожидается не раньше середины сентября.
Что будет определять рынок до конца августа
Первым серьёзным испытанием станет американская статистика инфляции. 12 августа должен быть опубликован индекс потребительских цен США за июль, 13 августа — индекс цен производителей, а 14 августа — данные по розничным продажам. После слабой статистики по занятости именно показатели инфляции могут определить ожидания относительно дальнейшей политики ФРС и, соответственно, направление движения биткоина и других рисковых активов.
Следующей важной датой станет 19 августа, когда Федеральная резервная система опубликует протокол заседания FOMC 28–29 июля. Инвесторы будут искать в нём дополнительные сигналы о том, насколько регулятор обеспокоен сочетанием повышенной инфляции и ослабления рынка труда.
Еще более насыщенной станет последняя неделя августа. 26 августа США одновременно обнародуют вторую оценку ВВП за II квартал и июльскую статистику доходов и расходов населения, включая индекс цен PCE — один из основных инфляционных ориентиров ФРС.
С 27 по 29 августа в Джексон-Холе состоится ежегодный симпозиум Федерального резервного банка Канзас-Сити. В 2026 году его тема напрямую связана с финансовыми рынками — «Financial Innovation: Implications for Payments and Policy». Поэтому заявления руководителей центробанков могут иметь особое значение и для криптовалютного сектора.
До конца августа для рынка можно выделить два основных сценария. При условии дальнейшего притока капитала в ETF, более умеренной инфляции в США и сохранения ожиданий относительно нейтральной или более мягкой политики ФРС, биткоин получит возможность закрепиться выше 65 тыс. долларов и попытаться вернуться к июльским уровням выше 66 тыс. долларов. Это вывод, сделанный на основе текущей структуры рынка, а не гарантированный ценовой прогноз.
Негативный сценарий связан прежде всего с неожиданным ускорением инфляции в США, ростом доходности облигаций и новым усилением геополитических рисков вокруг Ближнего Востока и Ормузского пролива. В таком случае внимание рынка вновь сместится в зону $62–63 тыс., где участники рынка опционов сейчас активно страхуются от падения.
Таким образом, криптовалютный рынок вступает во вторую половину августа в более сильном состоянии, чем в начале месяца: институциональные потоки возобновились, биткойн отыграл значительную часть недавних потерь, а большинство крупнейших альткойнов перешли к росту. Однако низкая волатильность и концентрация нескольких ключевых макроэкономических событий во второй половине месяца создают предпосылки для заметного расширения ценовых колебаний до конца августа.
Подписание Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном «Совместного оборонного соглашения Мекки» может стать одним из наиболее существенных изменений архитектуры безопасности Ближнего Востока и Южной Азии последних лет, считают аналитики Experts Club.
Соглашение было подписано 7 августа 2026 года наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бин Салманом, президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и премьер-министром Пакистана Шехбазом Шарифом после почти года переговоров.
Главный принцип документа фактически повторяет базовую логику коллективной обороны НАТО: вооруженное нападение на одного участника должно рассматриваться как нападение на всех трех.
Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан 8 августа прямо сравнил этот механизм со статьей 5 Североатлантического договора. При этом он подчеркнул, что соглашение не направлено против Ирана или какой-либо другой конкретной страны.
Однако политическая география трех участников позволяет выделить сразу несколько направлений, которые могли повлиять на создание нового механизма безопасности.
Наиболее непосредственным фактором формирования союза является Иран.
Саудовская Аравия и Иран десятилетиями конкурируют за влияние на Ближнем Востоке, несмотря на восстановление дипломатических отношений при посредничестве Китая. После нового обострения регионального конфликта в 2026 году безопасность Саудовской Аравии, нефтяной инфраструктуры Персидского залива и морских путей вновь стала центральной проблемой для Эр-Рияда.
Reuters связывает подписание соглашения именно с ростом региональной нестабильности и угрозами странам Персидского залива. Одновременно Иран уже отреагировал на создание нового механизма достаточно критически.
По оценке Experts Club, именно сдерживание возможного расширения регионального конфликта вокруг Ирана следует считать первой функцией нового соглашения.
Однако это не означает создания классического «антииранского НАТО». Пакистан поддерживает собственные отношения с Тегераном и имеет с Ираном общую границу, а Турция заинтересована в сохранении экономических и политических каналов взаимодействия с ним.
Поэтому для всех трех государств выгоднее формулировать соглашение как универсальную систему коллективной защиты, не называя противника.
Второе направление связано с Израилем.
Рост военной самостоятельности Израиля и расширение его операций в регионе вызывают беспокойство не только у Ирана, но и у ряда арабских и мусульманских государств.
Reuters отмечает, что страны-участницы соглашения обеспокоены как действиями Ирана, так и военной политикой Израиля.
При этом отношения участников блока с Израилем существенно различаются.
Пакистан официально не имеет дипломатических отношений с Израилем. Турецко-израильские отношения в последние годы неоднократно проходили через периоды резкого обострения. Саудовская Аравия, напротив, длительное время рассматривала возможность нормализации отношений с Израилем, хотя региональные войны значительно осложнили этот процесс.
Поэтому речь скорее идет не о подготовке антиизраильского военного союза, а о попытке создать собственный центр силы, способный ограничивать одностороннее доминирование любого регионального игрока.
Третье направление значительно сложнее — Индия.
Для Пакистана Индия остается главным долгосрочным стратегическим соперником. Обе страны обладают ядерным оружием, а очередное серьезное вооруженное столкновение между ними произошло в 2025 году. SIPRI отдельно указывает, что индийско-пакистанское противостояние остается одним из факторов глобального ядерного риска.
Турция традиционно поддерживает тесные политические и оборонные отношения с Пакистаном, а разногласия Анкары и Нью-Дели неоднократно усиливались из-за позиции Турции по Кашмиру.
Однако считать новый трехсторонний договор непосредственно направленным против Индии было бы преувеличением.
Саудовская Аравия одновременно развивает стратегическое партнерство с Нью-Дели. Индия является крупным потребителем саудовской нефти, а сотрудничество двух государств охватывает инвестиции, энергетику, безопасность и оборонные контакты.
Поэтому Эр-Рияд вряд ли заинтересован в превращении соглашения в автоматический инструмент Пакистана против Индии. Более вероятно, что договор дает Исламабаду дополнительный политический вес и потенциальную поддержку партнеров, но применение принципа коллективной обороны в случае нового индо-пакистанского кризиса станет одним из главных тестов реального содержания соглашения.
Главная принципиальная особенность нового треугольника заключается в том, что одна из его стран является ядерной державой.
Пакистан обладает ядерным оружием. По оценкам западных исследовательских центров, его арсенал составляет примерно 170 ядерных боезарядов. SIPRI относит Пакистан к девяти государствам мира, располагающим ядерным оружием, и отмечает продолжение модернизации его ядерного потенциала.
Однако из текста соглашения не следует, что Пакистан предоставляет Саудовской Аравии или Турции так называемый ядерный зонтик. Это принципиально важно.
Сам факт участия ядерной державы повышает политическую ценность механизма сдерживания, однако автоматических обязательств использовать ядерный потенциал в интересах партнеров публично не объявлялось.
В этом смысле соглашение создает скорее стратегическую неопределенность, чем формальную систему расширенного ядерного сдерживания.
Дополнительный интерес ситуации заключается в том, что Индия также обладает ядерным оружием, а Израиль, по оценке SIPRI, относится к ядерным государствам, хотя официально наличие ядерного арсенала не подтверждает. Иран в эту группу SIPRI не входит.
Еще один показатель долгосрочных амбиций нового формата — возможность его расширения.
Фидан сообщил, что к соглашению в будущем могут присоединиться другие государства. Среди потенциальных участников в первую очередь называется Египет. Для реализации договора предполагается создать постоянный секретариат в Саудовской Аравии и механизм регулярных встреч министров иностранных дел и обороны.
Министр обороны Пакистана Хаваджа Асиф уже заявил, что подобное объединение не должно становиться «закрытым клубом», фактически допустив формирование более широкой системы коллективной безопасности мусульманских государств.
Если к соглашению действительно начнут присоединяться Египет и другие крупные государства, речь может постепенно пойти уже не просто о трехстороннем договоре, а о новой региональной архитектуре безопасности.
Создание нового формата не означает разрыва участников с Вашингтоном. Саудовская Аравия сохраняет теснейшее военное сотрудничество с США, Турция является членом НАТО, а Пакистан имеет длительную историю сотрудничества как с США, так и с Китаем.
Однако новый договор показывает другую тенденцию: ведущие страны региона стремятся создавать собственные гарантии безопасности, которые не полностью зависят от решений Вашингтона. Это особенно заметно на фоне одновременного роста военных расходов, кризиса вокруг Ирана, угроз энергетической инфраструктуре Персидского залива и нестабильности морских маршрутов.
Три страны объединяют очень разные ресурсы.
Саудовская Аравия обеспечивает прежде всего финансовую и экономическую составляющую. По данным SIPRI, ее военные расходы в 2025 году достигли около $83,2 млрд, что вывело королевство на восьмое место среди крупнейших военных бюджетов мира. Численность вооруженных сил и Национальной гвардии оценивается примерно в 250 тыс. человек. Саудовская армия в значительной степени оснащается импортной техникой и тесно интегрирована в систему военного сотрудничества с США и другими западными странами.
Турция располагает крупнейшей по численности армией среди трех участников после учета регулярных вооруженных сил — около 495 тыс. военнослужащих, по данным World Factbook. Ее военные расходы в 2025 году составили около $30 млрд. Главное отличие Турции — крупная собственная оборонная промышленность и членство в НАТО, что дает Анкаре значительный институциональный и технологический ресурс.
Пакистан располагает крупнейшими вооруженными силами внутри нового объединения — около 660 тыс. действующих военнослужащих. Его военные расходы в 2025 году SIPRI оценивал примерно в $11,9 млрд. Финансово Пакистан значительно уступает Саудовской Аравии и Турции, однако компенсирует это масштабом вооруженных сил и наличием ядерного оружия.
Совокупно три государства располагают примерно 1,4 млн действующих военнослужащих, а их военные расходы по данным за 2025 год превышают $125 млрд. Но арифметическое сложение этих показателей пока не превращает соглашение в единую военную организацию. У сторон нет общего командования по модели НАТО, единых вооруженных сил или публично определенного механизма автоматического вступления в войну.
Поэтому главный вопрос заключается не в количестве ресурсов трех государств, а в том, насколько далеко они действительно готовы пойти для защиты друг друга в реальном кризисе.
Как считает учредитель аналитического центра Experts Club Максим Уракин: «Появление треугольника Саудовская Аравия — Турция — Пакистан прежде всего свидетельствует о формировании более многополярной системы безопасности от Восточного Средиземноморья и Персидского залива до Южной Азии. Иран и Израиль являются наиболее очевидными региональными факторами его появления, тогда как Индия становится важным косвенным фактором из-за участия Пакистана.»
При этом официальное отсутствие обозначенного противника дает трем странам возможность одновременно усиливать сдерживание и сохранять экономические отношения с государствами, которые потенциально могут воспринимать соглашение как направленное против них.
