Как сообщает Интерфакс-Украина, экономика Украины по итогам первого полугодия 2026 года продемонстрировала первые признаки выхода из спада, однако высокий дефицит внешней торговли, инфляционное давление и зависимость государственных финансов от международной помощи остаются ключевыми макроэкономическими рисками, говорится в очередном выпуске «Экономического мониторинга».
Как отмечает основатель информационно-аналитического центра Experts Club, кандидат экономических наук Максим Уракин, после падения реального ВВП на 0,6% в годовом исчислении в первом квартале в апреле-июне экономика вернулась к росту.
Во втором квартале реальный ВВП Украины увеличился на 0,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и на 0,3% по сравнению с предыдущим кварталом. В то же время прогноз Национального банка предполагал рост украинской экономики лишь на 1,3% по итогам всего 2026 года.
«Положительными факторами по итогам первого полугодия стали восстановление хотя бы минимального роста ВВП, возвращение международных резервов выше $50 млрд, контролируемость валютного рынка, более ритмичное международное финансирование и адаптивность украинского бизнеса. Основными рисками остаются война, состояние энергетики, высокие производственные затраты, дефицит трудовых ресурсов, слабость товарного экспорта и все увеличивающийся торговый дисбаланс. Украина имеет значительный запас внешней ликвидности, но он не может заменить внутренний экономический рост», — отметил Уракин.
Потребительская инфляция в июне замедлилась до 7,2%, тогда как базовая инфляция ускорилась до 8,1%. Учетная ставка НБУ оставалась на уровне 15%.
В то же время международные резервы Украины после четырех месяцев сокращения в июне увеличились на 12,1% — до $51,27 млрд. Валютные интервенции НБУ при этом оставались значительными.
Одним из главных структурных рисков украинской экономики остается внешняя торговля. За январь–июнь 2026 года товарный импорт составил около $49,3 млрд, тогда как экспорт — примерно $21 млрд. Таким образом, товарный дефицит достиг около $28,3 млрд.
Значительная нагрузка сохраняется и на государственные финансы. Доходы общего фонда государственного бюджета за первое полугодие составили почти 1,9 трлн грн, расходы — около 2,23 трлн грн.
На сектор безопасности и обороны было направлено около 1,4 трлн грн, или примерно 63% всех расходов общего фонда. Объем международных грантов составил 569,6 млрд грн.
По мнению Уракина, одной из главных задач экономической политики должно стать превращение значительного импорта оборудования, международного финансирования и оборонных расходов в основу для создания новых производственных мощностей внутри страны.
«Следующий этап экономической политики должен заключаться не только в поддержании финансовой стабильности, но и в преобразовании импортируемого оборудования, международных средств и оборонных расходов в новые производственные активы. Основой долгосрочного развития должны стать энергетическая автономность, оборонно-промышленный комплекс, агропереработка, машиностроение, локализация производства, логистика, цифровые технологии и экспорт продукции с высокой добавленной стоимостью», — считает основатель Experts Club.
При этом первое полугодие показало значительные различия между крупнейшими мировыми экономиками и развивающимися рынками.
Китайская экономика за первые шесть месяцев 2026 года выросла на 4,7%, тогда как Индия в апреле–июне демонстрировала темпы роста около 7,8%.
Турция продолжала сочетать экономический рост с чрезвычайно высокой инфляцией. Во втором квартале ее ВВП увеличился на 2,3% в годовом исчислении и на 1,1% по сравнению с предыдущим кварталом, тогда как годовая инфляция в июне оставалась на уровне около 32%.
Бразилия демонстрировала более умеренную динамику: её ВВП во втором квартале вырос на 2% в годовом исчислении и на 0,5% по сравнению с предыдущим кварталом. За первое полугодие экономика страны выросла на 1,9%, а годовая инфляция в июне замедлилась до 4,64%.
«Ключевые развивающиеся страны завершили первое полугодие с очень разной структурой роста. Китай вырос на 4,7%, но его второй квартал был слабее первого, а внутреннее потребление существенно отстает от промышленности и экспорта. Индия продолжает расти почти на 8%, опираясь на масштаб внутреннего рынка и инвестиции. Турция остается примером того, как инфляция свыше 30% ограничивает качество экономического роста, тогда как Бразилия демонстрирует более умеренную динамику с постепенным контролем инфляции. Для Украины главный вывод остается прежним: долгосрочный рост требует собственной промышленной, технологической и экспортной базы», — подчеркнул Уракин.
По его оценке, первое полугодие подтвердило работоспособность украинской модели макрофинансовой стабилизации, однако одновременно продемонстрировало ее ограничения.
«Возвращение ВВП к слабому росту и восстановление резервов являются позитивными сигналами, однако дефицит товарного баланса в размере 28,3 млрд долларов, высокое базовое инфляционное давление и зависимость бюджета от внешнего финансирования показывают пределы этой модели. Только развитие собственной производственной и экспортной базы позволит Украине перейти от экономики военной стабилизации к модели устойчивого послевоенного роста», — подытожил Максим Уракин.
«Экономический мониторинг» — ежемесячный аналитическо-статистический продукт, руководителем проекта которого является кандидат экономических наук Максим Уракин. Мониторинг анализирует основные макроэкономические показатели Украины и ведущих экономик мира, динамику ВВП, инфляции, государственных финансов, международных резервов, внешней торговли и ключевые риски экономического развития.
Энергетический шок, вызванный войной США с Ираном, вероятно, окажется более продолжительным, чем предполагалось ранее, и выйдет за пределы нефтяного сектора, заявила член исполнительного совета Европейского центрального банка (ЕЦБ) Изабель Шнабель.
«Сначала ещё можно было предположить, что это кратковременное явление, но, к сожалению, нам пришлось убедиться, что оно гораздо более устойчивое, – заявила Шнабель на мероприятии в итальянском Сальсомаджоре-Терме в четверг. – Речь идёт не только о нефти, но и о дизельном топливе и газе».
Ее слова свидетельствуют о сохраняющейся обеспокоенности руководства ЕЦБ последствиями ближневосточного конфликта, который уже привел к ускорению инфляции в регионе до уровня, значительно превышающего целевые 2%.
Темпы роста потребительских цен в еврозоне в августе достигли 3,2% в годовом исчислении, и аналитики не исключают их роста до 4% в конце этого года, пишет Bloomberg.
Ожидания дальнейшего ужесточения денежно-кредитной политики ЕЦБ в последнее время усилились, трейдеры учитывают вероятность четырёх повышений процентных ставок регулятором на 25 базисных пунктов (б.п.) до конца 2027 года.
«Мы дважды повышали процентные ставки в этом году, сначала в июне, затем ещё раз в сентябре, поскольку нас беспокоит инфляция. Именно поэтому нам необходимо было отреагировать», — заявила Шнабель в четверг.
ЕЦБ повысил все три основные ставки на 25 б.п. на сентябрьском заседании, ставка по депозитам теперь составляет 2,5% годовых.
Как сообщает Fixygen, рынок криптовалют во второй половине сентября будет находиться прежде всего под влиянием решений крупнейших центральных банков, американской статистики потребительского спроса и инфляции, а также масштабной квартальной экспирации опционов на биткойн и эфириум.
Главным событием станет заседание Федеральной резервной системы США 15–16 сентября. Решение по ставке будет объявлено 16 сентября. Это заседание особенно важно, поскольку вместе с решением ФРС опубликует обновленные экономические прогнозы и так называемый dot plot — ожидания членов регулятора относительно будущей траектории процентных ставок.
Интрига вокруг заседания резко усилилась после обнародования данных по августовской инфляции. Потребительские цены в США выросли на 0,4% за месяц и на 3,4% в годовом исчислении, базовая инфляция составила 0,3% за месяц и 2,4% за год. Днем ранее индекс цен производителей PPI показал рост на 0,4% за месяц и сразу на 5,4% в годовом исчислении.
На этом фоне рынок резко повысил ожидания относительно повышения ставки ФРС на 25 базисных пунктов. В течение 11 сентября фьючерсы оценивали вероятность такого решения примерно в 82–87%, тогда как ещё за несколько дней до публикации CPI консенсус-прогноз экономистов Reuters предполагал сохранение ставки на уровне 3,50–3,75%.
Для криптовалют повышение ставки традиционно является неблагоприятным фактором: оно увеличивает доходность долларовых активов, повышает стоимость заемного капитала и снижает склонность инвесторов к риску. Однако реакция Bitcoin будет зависеть не только от самого решения, но и от комментариев ФРС. Если регулятор даст понять, что сентябрьское повышение является разовым, рынок может воспринять его значительно спокойнее, чем сигнал о начале нового цикла ужесточения.
Дополнительное значение перед заседанием приобретут данные по розничным продажам в США за август, которые также будут опубликованы 16 сентября. В июле этот показатель снизился впервые за девять месяцев. Сильное восстановление потребительского спроса может подкрепить аргументы в пользу высоких ставок, тогда как слабые продажи могут несколько ослабить опасения инвесторов относительно дальнейшего ужесточения политики. Дату публикации подтверждает Бюро переписи населения США. (
В тот же день BLS опубликует августовские индексы импортных и экспортных цен. Обычно этот показатель оказывает гораздо меньшее влияние на рынок, чем CPI, однако в нынешней ситуации инвесторы будут внимательно следить за признаками переноса высоких цен на энергоносители и импортируемые товары на американскую инфляцию.
Следующим важным фактором станет Банк Японии. Его заседание состоится 17–18 сентября. Согласно опросу Reuters, регулятор, как ожидается, повысит ставку на 25 базисных пунктов — до 1,25%, максимального уровня за 31 год.
Для Bitcoin решение японского центробанка важно из-за механизма carry trade. На протяжении многих лет инвесторы брали в долг дешёвые иены и вкладывали их в более доходные и рискованные активы. Рост ставок в Японии и укрепление иены делают такие стратегии менее привлекательными и могут привести к сокращению позиций, открытых за счёт заёмных средств, на глобальных рынках, включая криптовалюты. Опасения по поводу сворачивания yen carry trade уже неоднократно становились источником повышенной волатильности рисковых активов.
Еще одним потенциальным источником резких колебаний станет 25 сентября, когда на Deribit состоится крупная квартальная экспирация криптовалютных опционов. По расчетам на основе биржевого открытого интереса по состоянию на 9 сентября, на эту дату приходилось около $14,4 млрд биткойн-опционов и ещё примерно $1,8 млрд эфириум-опционов. Около 41,5% всего открытого интереса к биткойн-опционам было сосредоточено именно в сентябрьской экспирации.
Сама по себе экспирация не определяет направление рынка, однако такой большой объем контрактов способен увеличить краткосрочную волатильность. Исследование, опубликованное в сентябрьском выпуске Finance Research Letters, также указывает на статистически значимые внутридневные развороты Bitcoin в периоды экспирации опционов, особенно при наличии крупных позиций маркет-мейкеров.
29 сентября рынок получит августовский отчет JOLTS о количестве вакансий в США. После сильного августовского отчета по занятости, согласно которому американская экономика создала 162 тыс. рабочих мест при уровне безработицы 4,1%, состояние рынка труда стало ещё одним аргументом для сторонников более жёсткой политики ФРС. Неожиданно высокий уровень вакансий может вернуть давление на биткоин из-за роста доходности американских облигаций.
Но самая важная статистика после заседания ФРС появится 30 сентября. Бюро экономического анализа США одновременно опубликует третью оценку ВВП за второй квартал и данные о личных доходах и расходах американцев за август. Именно в этом отчете содержится индекс цен PCE — основной показатель инфляции, на который ориентируется ФРС.
Если PCE покажет усиление инфляционного давления вслед за CPI и PPI, ожидания относительно дополнительных повышений ставки до конца года могут усилиться. Для биткоина такой сценарий будет означать продолжение давления со стороны высокой доходности облигаций и сильного доллара. В то же время более слабый PCE, напротив, способен вернуть на рынок ожидания завершения ужесточения денежно-кредитной политики.
Ситуацию осложняет рост цен на нефть. Доходность 10-летних гособлигаций США 11 сентября приблизилась к 5% — максимальному значению с 2023 года, поскольку дорогая нефть усилила опасения относительно новой инфляционной волны.
Кроме того, Европейский центральный банк 10 сентября уже повысил ключевые ставки на 25 базисных пунктов: ставка по депозитам с 16 сентября составит 2,50%. ЕЦБ прямо связал это решение с устойчивым инфляционным давлением, в частности из-за конфликта на Ближнем Востоке и роста цен на энергоносители.
Таким образом, вторая половина сентября складывается для криптовалютного рынка как период повышенного макроэкономического риска. За две недели инвесторы последовательно получат решение ФРС, возможное повышение ставки Банком Японии, крупную квартальную экспирацию криптоопционов, данные американского рынка труда и ключевой индекс инфляции PCE.
В базовом сценарии главным фактором для Bitcoin остается стоимость глобальной ликвидности. Если ФРС и Банк Японии одновременно ужесточат политику, а инфляция в США останется высокой, давление на рисковые активы может сохраниться. Если же ФРС даст понять, что повышение ставки приближается к завершению цикла, а PCE покажет замедление роста цен, в конце сентября рынок может получить повод для восстановления.
Ключевым ориентиром после каждой публикации данных будет не только сам показатель, но и реакция доходности американских казначейских облигаций и доллара: в случае их дальнейшего роста криптовалютам будет сложнее восстановить позиции, тогда как снижение доходности и курса доллара способно вернуть капитал в Bitcoin, Ethereum и другие рисковые активы.
Румыния может поставить перед собой цель присоединиться к еврозоне в 2032 году при условии стабилизации государственных финансов и выполнения критериев валютного союза, заявил исполняющий обязанности министра инвестиций и европейских проектов страны Драгош Пислару.
Заявление было сделано в интервью румынскому телеканалу TVR Info. При этом 2032 год пока не является официально утвержденной датой перехода Румынии на евро, а рассматривается Пислару как возможный целевой ориентир.
По словам министра, первоочередной задачей для страны должна стать фискально-бюджетная консолидация и приведение государственных финансов в стабильное состояние к 2030 году.
«Цель заключается в том, чтобы к 2030 году навести порядок в наших финансах. Поэтому я вижу возможность согласования нескольких целей: фискально-бюджетной консолидации и принятия на 2028–2034 годы согласованного плана развития страны», — заявил Пислару.
Он также подчеркнул необходимость политической стабильности, которая позволила бы правительству последовательно выполнять такой план. После достижения необходимых макроэкономических показателей Румынии необходимо будет пройти этап участия в европейском механизме валютных курсов ERM II.
«Румыния могла бы, скажем, в 2030 плюс два, потому что два года нужно провести в преддверии. Это период мониторинга. 2032 год мог бы стать важной целью для вступления в еврозону», — отметил министр.
В настоящее время Румыния еще не соответствует ключевым критериям для введения евро. Согласно опубликованному в июне 2026 года докладу Европейского центрального банка о конвергенции, страна не участвует в ERM II. Для выполнения валютного критерия государство должно находиться в этом механизме не менее двух лет без значительных колебаний или девальвации валюты по отношению к евро.
Существенной проблемой остается и инфляция. Средний показатель гармонизированной инфляции в Румынии за 12 месяцев по состоянию на май 2026 года составлял 8,4%, тогда как референтный уровень для вступления в еврозону равнялся 2,7%. Средняя долгосрочная процентная ставка составляла 6,7% при максимально допустимом для соответствующего критерия уровне 5,1%.
Кроме того, Румыния продолжает процедуру сокращения чрезмерного бюджетного дефицита. ЕС установил для Бухареста траекторию, которая должна позволить устранить чрезмерный дефицит к 2030 году. Еврокомиссия прогнозировала его сокращение до 6,2% ВВП в 2026 году и до 5,8% в 2027 году. Государственный долг, по прогнозу, напротив, может вырасти до 63,4% ВВП в 2027 году.
Таким образом, сценарий перехода на евро в 2032 году предусматривает существенное сокращение бюджетного дефицита и инфляции, стабилизацию государственного долга, вступление в ERM II и как минимум двухлетнее пребывание в этом механизме перед окончательным присоединением к еврозоне.
Цены на жилье в Турции в июле 2026 года выросли в среднем на 23,3% в национальной валюте по сравнению с прошлым годом, однако высокая инфляция полностью нивелировала этот рост: в реальном выражении недвижимость подешевела на 6,6%, свидетельствует июльский обзор рынка платформ Emlakjet и Endeksa. Данные опубликованы 14 августа.
Средняя цена квадратного метра жилья по стране достигла 41,7 тыс. турецких лир, или примерно 871 доллар, а средняя стоимость продаваемого объекта — 5,21 млн лир, что соответствует примерно 109 тыс. долларов.
При этом в июле впервые появился небольшой положительный сигнал в краткосрочной динамике: за месяц цены выросли на 1,9% в номинальном выражении и примерно на 0,5% с учетом инфляции. Однако одного месяца пока недостаточно, чтобы говорить об устойчивом восстановлении реальной стоимости турецкого жилья.
Анкара дорожает быстрее Стамбула и Анталии
Среди 30 крупнейших по количеству сделок провинций наиболее заметный рост зафиксирован в Орду — 32,4% за год. Это единственная из рассмотренных провинций, где рост оказался положительным и с учетом инфляции — около 0,4%.
На втором месте — Анкара с номинальным ростом на 28,7%, при этом в реальном выражении жилье в столице подешевело примерно на 2,5%. Далее следуют Коджаэли — плюс 28,5%, Денизли — 27,1% и Элязиг — 26,9%.
В Стамбуле квадратный метр жилья в июле стоил в среднем 65,1 тыс. лир, а средняя стоимость объекта — около 7,16 млн лир, или $149,5 тыс.
В Анталии, одном из основных рынков для иностранных покупателей, средняя стоимость квадратного метра достигла 55,5 тыс. лир, а объекта — около 6,1 млн лир, или $127,5 тыс. В Измире средняя стоимость составляла около 54 тыс. лир за квадратный метр и 6,48 млн лир за объект.
Самой дорогой провинцией Турции остается Мугла, в которую входят такие курортные центры, как Бодрум и Мармарис. Здесь средняя стоимость квадратного метра достигла 87,2 тыс. лир, а объекта — 11,34 млн лир, или почти $237 тыс. Это более чем вдвое превышает средний показатель по стране.
Продажи жилья резко снизились
Рост цен происходит на фоне заметного сокращения количества сделок. По данным Турецкого статистического института TÜİK, статистика продаж жилья и коммерческой недвижимости за июль была опубликована 13 августа 2026 года. Всего за месяц в стране было продано 123 603 жилых объекта, что примерно на 17% меньше, чем годом ранее.
Крупнейшим рынком остался Стамбул с 22,6 тыс. сделок, далее следовали Анкара — 9,64 тыс., Измир — 6,55 тыс. и Анталия — 6,3 тыс.
При этом структура продаж даёт неоднозначные сигналы. Количество ипотечных сделок выросло на 23,7%, тогда как продажи первичного жилья снизились на 8,6%, а вторичного — сразу на 20,8%. Это может свидетельствовать о постепенном возвращении на рынок части покупателей, имеющих возможность воспользоваться банковским финансированием.
Таким образом, рост стоимости турецкой недвижимости в лирах пока в значительной степени остается следствием инфляции. Для инвестора важнее обращать внимание не только на номинальный рост в 20–30%, но и на реальную динамику стоимости, валютный курс и доходность от аренды. По итогам июля средний объект в Турции формально стоит значительно дороже, чем год назад, однако его реальная стоимость продолжает снижаться.
Недавно Open4Business отдельно проанализировал структуру иностранных покупателей турецкой недвижимости. По итогам июня 2026 года первое место занимали граждане России с 381 покупкой, а украинцы приобрели 170 объектов и разделили второе место с гражданами Ирана. Всего иностранцы купили в июне 2 015 жилых объектов. За январь-июнь иностранный спрос составил 9 083 объекта и был на 9,2% ниже прошлогоднего.
Украинцы остаются одной из крупнейших групп покупателей жилья в Турции и в более длительном периоде. В 2025 году граждане Украины приобрели 1 541 объект и заняли третье место среди иностранцев, уступив лишь россиянам и иранцам. Таким образом, снижение реальных цен на турецкое жилье представляет непосредственный интерес и для украинских частных инвесторов, которые продолжают активно присутствовать на этом рынке.
